Продолжение разговора о немецком экспрессионизме в кино
Я уже писала о том, как познакомилась в свое время с рядом известных немых немецких фильмов, связанных с направлением в искусстве, которое принято называть «экспрессионизм». К таким фильмам относится, в частности, «Носферату». Из всех увиденных мной фильмов такого рода он произвел на меня наибольшее впечатление. Об этом вы можете прочитать в архиве сайта (https://chrustaleva.ru/истории-из-жизни-гидов/nemeczkij-ekspressionizm-i-nosferatu/ и https://chrustaleva.ru/literatura/nosferatu-prodolzhenie/).
Продолжая эту серию, я пишу сегодня о фильме «Кабинет доктора Калигари» (Das Cabinet des Dr. Caligari), пересмотрев который, я решила, что он тоже очень интересен и заслуживает внимания современных зрителей. Режиссером этого фильма был Роберт Вине, а сценаристами — два австрийца.
Рождение замысла сценария
Зимой 1918 года двое молодых литераторов — 28-летний уроженец Праги Ганс Яновиц и 24-летний, родившийся в Граце, Карл Майер — встретились в послевоенном Берлине. Оба были подданными распавшейся Австро-Венгерской империи, оба приехали в Берлин в поисках работы.
Оба соавтора находились под впечатлением разрушительных последствий Первой мировой войны. Яновиц служил во время войны офицером и не понаслышке знал о ее ужасах, а Майер, чтобы избежать мобилизации на фронт, симулировал душевное расстройство. Именно он перенес в образ доктора черты армейского психиатра, мучившего его изнурительными тестами. Оба литератора вышли из войны убежденными пацифистами.
Цепочка пугающих эпизодов
Повествование выстроено как цепочка тревожных, врезающихся в память эпизодов. Двое мужчин беседуют между собой, сидя в парке (позже выясняется, что это сад психиатрической лечебницы).
Молодой человек по имени Францис (Franzis) слушает жалобы старика на преследующих его духов. Мимо них в трансе, словно призрак в саване, проходит бледная девушка Яна (Jane). Францис объявляет, что это его невеста, и начинает свой страшный рассказ о событиях в городке Хостенвилле.
Таинственный старик в цилиндре и очках — доктор Калигари — представляет публике на ярмарке диковинку: спящего в гробу сомнамбулу Чезаре. Проснувшись по приказу хозяина, Чезаре отвечает на вопросы зрителей. На вопрос Алана, друга Франциса: «Сколько мне осталось жить?» — сомнамбула замогильным голосом предрекает: «До рассвета». Этой же ночью Алана находят зарезанным в собственной постели. Это уже второе ночное убийство в маленьком городке. Францис и отец Яны доктор Ольсен подозревают в преступлениях Чезаре.
В конце концов Францис и полиция обыскивают фургон Калигари и обнаруживают в ящике деревянный манекен — доктор обманывал всех, пока Чезаре совершал преступления. Он не только совершал по ночам убийства, но и похитил Яну. Лунатик собирался убить и ее, но, потрясенный ее красотой, уносит бесчувственную девушку с собой. Чезаре преследуют и освобождают пленницу. Калигари бежит. Преследуя его, Францис попадает в психиатрическую больницу и просит встречи с главврачом. Дверь кабинета открывается — во главе клиники сидит сам доктор Калигари.
Измененный финал и бунт сценаристов
Я привела только ключевые сцены фильма, сюжет несколько сложнее и запутаннее. Самым неожиданным для меня оказался финал.
В оригинальном сценарии Майера и Яновица разоблаченный Калигари сходил с ума, а справедливость торжествовала. Однако режиссер Роберт Вине (вслед за идеей, предложенной Фрицем Лангом, который первоначально должен был быть режиссером фильма) радикально изменил финал. В развязке выясняется, что сам Францис — пациент клиники, Чезаре и Яна — такие же больные, а директор — гуманный врач, пытающийся излечить бред рассказчика.
Сценаристы новаторства режиссера не оценили и были в ярости, но сделать ничего уже не смогли.
«Кабинет доктора Калигари», 1920
В феврале 1920 года фильм был показан в послевоенном Берлине, он навсегда изменил представление о кино. Это был не детектив или страшная сказка — это был крик растерянного, травмированного войной поколения, выраженный очень условным, новым для того времени языком, языком экспрессионизма.
В отличие от «Носферату» музыка фильма меня не впечатлила, да и режиссерская работа в этом фильме далеко не главное. Кроме талантливых сценаристов фильм сделали впечатляющим и незабываемым художники-постановщики: Вальтер Рейсман (Walter Reimann), Вальтер Рёриг (Walter Röhrig) и Герман Варм (Hermann Warm). Впрочем, о них и их вкладе в эстетику экспрессионизма я расскажу в следующий раз.
