Общественное упущение и моральное падение
Как и в «Предысториях», речь здесь идет не о частных событиях и судьбах. Брох берется за перо, чтобы рассказать о «нашем общем упущении», которое в конечном счете привело к фашизму. Он считает, что это «упущение» было совершено в 20-е годы, поэтому время действия «Историй» приходится на 1923 год. Писатель пытается разобраться в том, почему из отношений между людьми исчезла «простая порядочность», почему была забыта непреложная истина: «Любовь к ближнему — это хорошо, а убийство — это плохо». Он рассматривает проблему фашизма прежде всего в ее этическом аспекте. Брох развивает здесь дальше идею распада ценностной системы, изложенную в «Лунатиках». Продуктом этого распада является, на его взгляд, не только главный герой третьей части трилогии Югено (в опубликованном на русском языке переводе Хугюнау) — шантажист, насильник и убийца, т. е. преступник, заслуживающий уголовного наказания, и все же процветающий, но и «невиновные» герои нового романа. Эти герои не совершили юридически наказуемого преступления, но они виновны. Их вина подлежит нравственному суду. Такова, в частности, вина Андреаса.
Интерпретация классической притчи о блудном сыне
С линией вины и ее искупления связан в романе мотив блудного сына. В романе присутствует и целый ряд других мотивов, на что указывает А. Г. Березина, но я хочу сосредоточиться именно на этом. На его наличие указывает название первой новеллы второй части «Блудный сын».
При использовании мифологического материала художника ХХ века интересует, как правило, не столько сам традиционный сюжет, сколько возможность его новой интерпретации. Особенности этой интерпретации связаны со всей системой взглядов художника, они определяются теми проблемами современности, которые он стремится таким образом разрешить. Вкладывая в притчу свой смысл, интерпретатор в то же время должен сохранить ее основные атрибуты, чтобы сделать ее в достаточной степени узнаваемой для читателя. Тем самым создается контраст между традиционной трактовкой сюжета и его новым толкованием, который позволяет художнику выразить свое миропонимание и сосредоточить на нем внимание читателя.
Используя в романе «Невиновные» притчу о блудном сыне, Брох значительно трансформировал ее в соответствии с теми задачами, которые он перед собой ставил. Писатель сохранил лишь самые общие приметы евангельского сюжета: сын покидает отчий кров, долго странствует, а потом, раскаявшись, возвращается.
История главного героя и его ложное возвращение домой
Свою самостоятельную жизнь Андреас начинает без гроша в кармане, потому что разгневанный поведением сына отец дает ему денег лишь в обрез на дорогу, но в отличие от своего прототипа «блудный сын» Броха, которому нечего расточать, обладает способностью из всего извлекать прибыль. Он быстро богатеет. Через два года после его отъезда из дома умирает отец, а еще через три года мать. Шесть недель спустя после смерти матери Андреас прибывает в родной Амстердам. В отличие от блудного сына из притчи у него нет брата, так что к своему богатству он прибавляет еще «голландское наследство». Итак, Андреас молод, богат и абсолютно свободен. Еще десять лет проходят в странствиях. » … Судьба бросала его к деньгам из одной части света в другую, с биржи на биржу». Несмотря на былые опасения отца, герой не только не проматывает наследство, а все умножает его. В конце концов странствия надоедают ему, он хочет вернуться домой, однако дома у него больше не существует. Так абсолютная свобода оборачивается полным одиночеством.
Судьба забрасывает Андреаса в провинциальный немецкий городок, он становится квартирантом баронессы Эльвиры В. Чувство одиночества заставляет его искать в чужом доме те связи, которые он утратил. Герой начинает идентифицировать престарелую баронессу со своей матерью. В конце концов он покупает загородный дом и переселяется туда вместе с баронессой и ее служанкой Церлиной. Так он выбирает иллюзорное возвращение домой, добровольную несвободу. Как мы узнаем из третьей части романа, привязанность Андреаса к баронессе со временем еще усиливается. Заботиться о ней становится смыслом его жизни.
Страх зрелости: мать как символ убежища
В интерпретации Брохом евангельской притчи о блудном сыне обращает на себя внимание несколько моментов.
Образ отчего дома связывается в сознании Андреаса не с фигурой строгого и требовательного отца, а с представлением об опекающей, заботливой матери. Возвращение домой для героя — это возвращение в детство, когда он был лишен необходимости что-то самостоятельно решать, когда его вела за собой рука матери. Фигура матери связывается в его сознании с укрытостью, защищенностью от жизненных волнений.
Здесь присутствуют и фрейдистские мотивы. В книге «Введение в психоанализ» Зигмунд Фрейд утверждает, что освобождаясь из чрева матери, отделяясь от нее при рождении, ребенок испытывает свой первый страх. По мнению Фрейда, акт рождения является источником и прообразом аффекта страха. Чувствуя внешнюю опасность, человек испытывает этот аффект, выражающийся в напряжении и рефлексе бегства. Тем не менее, человек может обуздать свой страх, оценив собственные силы по сравнению с величиной угрозы и приняв затем решение о бегстве или действенной защите. Однако это требует от него анализа и принятия решения. Страх Андреаса — это страх ребенка, стремящегося избежать столкновения с реальностью, вернувшись назад, в укрывающее его материнское лоно.
Автор романа утверждает, что Андреас «не хотел быть отцом», он «хотел быть всегда только сыном», и в этом заключается его вина. Таким образом, путь героя к матери представляет собой ложный путь.
Искажение семейных связей и их разрушение
Парадоксальность ситуации в «Невиновных» заключается в том, что Андреас возвращается не к своей, а к «им самим избранной» матери, вторгаясь в связи с этим в чужие, запутанные и неоднозначные отношения. Он, в сущности, покупает себе новую мать, заключая денежную сделку с ее дочерью Хильдегард. Баронесса благодарна Андреасу за заботу о ней, однако подлинной близости, как между матерью и сыном, между ними не возникает. Возвращение в отчий дом, к которому так стремился герой, оборачивается играй между почти сыном и «благоприобретенной» матерью», «общей игрой забвения и грез».
Загрузка ...