Разыскивая в своей библиотеке нужную мне книгу, я вдруг неожиданно обнаружила сборник рассказов под названием «Германия рассказывает» (Deutschland erzählt). Эта антология, в которой было собрано 46 рассказов на немецком языке, когда-то была подарена мне одним из моих туристов. Конечно, уже не помню кем, но, судя по году издания (1962), это сегодня уже библиографическая редкость.
Авторы из разных стран в одном сборнике
К тому же выпущена она была в ФРГ, в издательстве Fischer Bücherei, а значит, подарил ее кто-то из граждан Западной Германии и произошло это в первые годы моей работы гидом-переводчиком, когда я еще училась в университете. и задолго до того, как начала писать диссертацию о Брохе. Иначе я уже давно пролистала бы ее и обнаружила там один из первых его рассказов. А так она просто оставалась десятилетиями незамеченной мной среди множества других книг.
Впрочем, я, видимо, не обратила на нее внимания и из-за ее названия, не ожидая встретить в ней «своего» австрийского автора. Составитель этой антологии Бенно фон Визе (Benno von Wiese) в отличие от современных литературоведов не разделял немецких и австрийских авторов. Поэтому в сборник угодили Шницлер и Кафка, Гуго фон Гофмансталь и Рильке, Музиль и Верфель. Возможно, тогда еще не принято было говорить об австрийской литературе, как о литературе самостоятельной, со своими темами и стилевыми особенностями. Сегодня это уже непреложный факт. В сборник включены и швейцарские авторы, хотя правомерность этого сегодня тоже под большим вопросом.
Ранняя новелла писателя
Однако вернемся к новелле Броха, опубликованной в антологии. Она имеет здесь, согласно Бенно фон Визе, свое более позднее название «Методически сконструировано» (Methodisch konstruiert) , впервые же была опубликована Брохом в 1918 году (в некоторых источниках упоминается 1917 год) как «Методологическая новелла». Мне кажется, что это второе, измененное название точнее отражает замысел писателя.
Новеллу можно прочитать минут за 15 минут, но это, если не пытаться вдумываться в то, о чем пишет автор, если воспринять ее просто как «легкое чтиво» (Bahnhoflektüre). Однако сам Брох с полным правом утверждал, что его произведения таким «легким чтивом» не являются. И уже одна из первых его новелл доказывает это.
Герой Броха — среднестатистический обыватель
Попробую изложить ее сюжет. Речь идет о герое, у которого абсолютно все среднее: он происходит из семьи среднего достатка (Mittelstand), живет в среднем по величине провинциальном городе, обладает весьма средними способностями, которые, однако, позволяют ему преподавать математику и физику в гимназии. Автор описывает его ничем не примечательный образ жизни и такую же заурядную внешность. Все это постепенно начинает вызывать у нас, читателей, некоторое раздражение, и даже презрение по отношению к такому герою. Сам автор наталкивает нас на размышление, может ли такой минимум индивидуальности быть предметом человеческого интереса. Брох называет героя Захариасом, утверждая при этом, что имена здесь ни о чем не говорят.
Этот среднестатистический обыватель, так же как и дочь его квартирной хозяйки Филипина, которая становится его возлюбленной, с таким же успехом могли бы обозначаться просто буквами, ведь перед нами некое уравнение с двумя возможными ответами.
Надеюсь, вы помните, дорогие читатели, что, получив инженерное образование и работая на фабрике своего отца, Брох одновременно пытался учиться дальше, посещая в качестве вольнослушателя лекции по философии. Однако не только философия привлекала молодого человека. Он много и увлеченно занимался также и математикой. Поэтому сравнение этой новеллы с математическим уравнением не кажется мне натяжкой.
История любви Захариаса и Филипины
Итак, Захариас, который до того, как влюбиться в Филипину, имел дело только с девицами легкого поведения, не может соединить в своем сознании образ падшей женщины (секс) с образом добропорядочной невесты, жены и хозяйки дома (семья). Он все больше мучается от ревности, мучая и свою возлюбленную. В конце концов они решают покончить жизнь самоубийством и для этого уезжают из дома в лес, С ними пистолет, купленный Филипиной. Это, собственно говоря, первое возможное решение нашего уравнения. Последние мгновения перед смертью, когда Захариас и Филипина воспринимают себя как единое целое, ощущают бесконечность и величие мироздания, и их смерть описаны Брохом так, что мы воспринимаем эту сцену как реально происходящую.
Два возможных финала
Однако внезапно выясняется, что это только сконструированная реальность, точнее говоря, реальность, которая может быть сконструирована. Однако возможно и другое развитие событий. И оно кажется Броху более вероятным, ведь «путь от Убогого к Вечному представляет собой для среднего человека исключение, «неестественное» исключение». Поэтому автор дает и второе решение этого уравнения: возлюбленные возвращаются домой, Захариас коленопреклоненно просит у матери Филипины руки ее дочери и получает родительское благословение. В лесу же на стволе одного из деревьев остается вырезанная ножом надпись, соединяющая З и Ф. Вся сцена описана так иронично, что читатель понимает, что все вернулось на круги своя, в то убогое существование, о котором шла речь в начале новеллы.
Художественный метод Броха
Теперь самое время вернуться к первым строкам этого небольшого рассказа, которые читателям кажутся чаще всего скучными и непонятными, а потому и малоинтересными. По мнению Броха. каждое произведение искусства должно и соединять в себе уникальность и универсальность. Сравнивая литературное произведение с музыкальным, автор утверждает, что литература тоже должна иметь возможность опираться на осознанное конструирование и полифоничность.
Много позже Брох еще раз возвращается к задачам, стоящим перед настоящим художником. По его мнению, истинный художник должен создавать собственную картину мира, и это делает его в определенном смысле бунтарем. Разрушая ту замкнутую систему мира, к которой он принадлежал от рождения, он создает новую целостную модель действительности. В сущности, речь здесь идет о конструировании и полифоничности, с помощью которых он создаст уже не новеллу, а произведения больших форм, создаст новый тип романа, который получит название «полиисторического».
«Бунт» Броха носит социальный характер, но это социальность особого рода, социальность нравственной проповеди. Для него создаваемая им модель мира имеет этическое основание.
Человек XX века в зеркале литературы
В центре всех его произведений находится человек ХХ века, утративший нравственные ориентиры и ставший вследствие этого обуреваемым страстями «лунатиком», игрушкой в руках зла. Брох исследует феномен «невиновной виновности» личности, живущей в эпоху кризиса. Сознание героев писателя исторически обусловлено, они — дети своего времени и тем самым его жертвы. Однако это не освобождает их от ответственности за происходящее.
Слабое, одинокое, одержимое мелкими, сиюминутными желаниями, живущее в разладе с миром и самим собой существо — таким предстает человек на страницах произведений Броха. Писатель считает необходимым показать своему современнику всю глубину его падения, чтобы пробудить в нем истинно человеческое, гуманное начало.
Впрочем, об этом я еще собираюсь рассказать вам, дорогие читатели, на примере романов Германа Броха.
Загрузка ...