Франц Верфель
Отношение армян к Францу Верфелю и его роману
Отношение армян к Францу Верфелю вполне понятно. Он был первым, кто в очень доходчивой литературной форме рассказал о событиях, которые не только в Турции, но и Европе в общем и целом замалчивались, не были известны широкой публике. Во время визита Верфеля в 1936 году в Нью-Йорк представители армянской общины устроили в его честь торжественную встречу.
В 2004 году в Ереване появился памятник писателю работы скульптора Арсена Аветисяна. Он находится в первом массиве Нор Норка, в парке имени Фритьофа Нансена. Кстати, Арсен Аветисян известен петербуржцам своей скульптурой, установленной на площади перед Санкт-Петербургским государственным цирком на Фонтанке. Она называется «Цирк приехал». А во внутреннем дворике филфака Санкт-Петербургского университета можно увидеть скульптурную композицию того же автора под названием «Размышления о Маленьком принце».
Еще один памятник Верфелю находится в Вене. Это работа скульпторов Огана Петросяна и Роланда Мартиросяна. Надпись на памятнике гласит: «In Dankbarkeit und Hochachtung — Das Armenische Volk» (С благодарностью и уважением. Армянский народ).
Кроме того, в 2006 году Францу Верфелю было посмертно присвоено звание почетного гражданина Армении, а Национальная библиотека Австрии получила в дар мемориальную доску, посвященную этому событию.
Позиция Турции по отношению к роману Верфеля и его экранизации
Знаменательна позиция Турции в отношении романа Верфеля. Известно, что турецкое правительство оказывало после выхода книги давление на Германию, требуя ее изъятия, а в 1935 году она была приказом премьер-министра страны запрещена к распространению.
Турция также довольно долго препятствовала выходу в США фильма по этой книге. Известно, что еще до того, как роман был опубликован на английском языке, кинокомпания Metro-Goldwyn-Mayer (MGM), считавшаяся в те годы безусловным лидером в американской киноиндустрии, закрепила за собой права на создание по нему фильма.Киноактер, тогда еще восходившая звезда Голливуда Кларк Гейбл должен был сыграть в нем Габриэла Багратяна. Как только в 1934 году в прессе появились первые сообщения об этом, Турция стала предпринимать через дипломатические каналы различные меры, чтобы не допустить создания фильма. Раздавались даже угрозы бойкота кинокомпании. В конце концов под напором турок американцы отступили: проект так и не был тогда осуществлен.
В начале 60-х годов была сделана еще одна безуспешная попытка осуществить этот замысел, а в 70-е годы фирма MGM сдалась окончательно и продала права на производство фильма по роману «Сорок дней Муса-Дага». Снять его удалось только в 1982 году.
Уроки истории и современность
Можно понять, почему турки, наследники Османской империи, всячески старались замолчать события 1915 года. Геноцид — история позорная, а если это еще связано с поражением, то гордость правителей страны уязвлена вдвойне.
Что-то мне это напоминает. Вот, например, на главном новостном телевизионном канале ФРГ рассказ о праздновании Победы в Великой Отечественной войне в Москве был начат словами: когда-то, очень давно, в Германии… Такой вот сказочный зачин по поводу национал-социализма. Таким образом новости подаются на особом канале «Einfaches Deutsch» для тех, кто учит немецкий язык. Что-то типа «жили-были в Германии плохие дяди, которых кто-то победил».
Попытка сравнения романа Верфеля и фильма
Что касается самого фильма, поставленного по роману Верфеля, то он производит очень тяжелое, почти шокирующее впечатление. В то же время, тем, кто его посмотрит, я советую на этом не останавливаться, а все-таки взяться за книгу и дать себе труд ее прочитать. Фильм создан что называется, «по мотивам». Понятно, что он не мог вместить в себя весь роман, его многослойную композицию, все боковые линии. Тем не менее, искажения основной сюжетной линии, допущенные авторами, заставили меня вздрогнуть.
Если изображение отношений жены главного героя Жюльетты и Гонзаго Мариса в фильме еще как-то можно объяснить, хотя причины и разоблачение их связи играет в романе важную роль, то при рассказе о любви Искуи к Габриэлу и его привязанности к ней акцент делается исключительно на ее страданиях и эти страдания гиперболизируются: несостоявшаяся попытка ее изнасилования, сильно испугавшая ее, превращается в многократное изнасилование турками.
То же происходит со смертью Стефана. Он действительно погибает от рук убийц, но описание этой сцены у Верфеля совсем не выглядит так, как в фильме. Получив первую рану, первый удар в спину, он вспоминает о своем отце, который как бы заключает его в свои объятия. В этот последний миг его жизни он как бы возвращается к своим родителям, примиряется с ними.В фильме же изображается сцена насилия над ним турка. Правда, мы видим только подготовку к этому насилию и слышим ужасные крики мальчика. Но это коренным образом меняет восприятие происходящего по сравнению с книгой.
Полностью исчезает то изображение расслоения армянской общины, которое очень важно для романа, для понимания объединяющей роли Габриэла — лидера. Нет в фильме и сцене смерти Багратяна, которая имеет символическое значение.
В общем, мой совет, читайте книгу, она гораздо интереснее и глубже фильма.
