Зачем России нужны были иностранцы?
Продолжаю рассказ о приглашении иностранцев в Россию, причины которого уже частично упоминались в предыдущих статьях (наличие больших малонаселенных областей, в частности, в степных регионах, развитие которых требовало хорошо знакомых с сельским хозяйством и имевших навыки работы с новыми по тем временам технологиями людей, присоединение к Российской империи новых территорий). Внутри самой страны в связи с наличием крепостного права ресурс потенциальных переселенцев был крайне незначительным.
Манифест на разных языках и дополнительные документы к нему
Подготовка к переселению мигрантов не ограничивалась выходом Манифеста. Он был переведен на различные иностранные языки (немецкий, французский, английский, польский и другие). После этого экземпляры напечатанного текста были разосланы российским дипломатическим агентам за границей. Манифест предназначался для распространения как в зарубежных газетах, так и в виде отдельных печатных листов.
В 1764 году были выпущены документы, дополнявшие Манифест Екатерины и конкретизировавшие меры по переезду иностранцев и их расселению в России, в частности, были введены специальные комиссии, опекавшие приехавших в Россию, и определена деятельность тех, кто занимался сбором людей за рубежом.
Роль вербовщиков в переселении
Именно вербовщики стали центральными фигурами процесса переселения. Их называли также локаторами. Это слово латинского происхождения бытовало в Германии со времен средневековья, обозначая лиц, получивших право на основание поселения. Кроме того, вербовщиков именовали вызывателями. В большинстве случаев это были не российские подданные, а иностранцы.
Манифест о приглашении был известен не всем и не всегда доходил до сельского населения. Поэтому особое значение приобрела личная работа вербовщиков. Именно их деятельность вызвала в немецких землях настоящую волну переселения. Конечно, вербовка щедро оплачивалась российским государством.
Бизнес на вербовке
Государственные вербовщики получали фиксированное вознаграждение за каждую привлечённую семью, тогда как частные локаторы действовали как предприниматели, видя в этом выгодный бизнес. За каждые сто переселённых семей они получали беспроцентные ссуды, большие земельные наделы, а также право взимать десятую часть урожая и пользоваться преимущественным правом на покупку продукции колонистов.
Конечно, вербовщики стремились получить максимальную выгоду, поэтому зачастую подменяли реальную картину мифологизированными образами «земного рая». Они нередко преувеличивали преимущества жизни в России, утверждая, что переселенцев якобы ждут готовые дома, плодородная земля, скот и благоденствие.
Суровая действительность вместо «земного рая»
На деле же условия оказывались значительно тяжелее. Вместо благоустроенных поселений люди попадали в необжитую степь, где всё нужно было начинать с нуля: расчищать землю, строить жильё, приспосабливаться к суровому климату и нехватке привычной инфраструктуры. Локаторы умалчивали о том, что степные земли были трудны для обработки, что там отсутствовали деревни и города, а вокруг были лишь редкие поселения и широкие безлесые пространства.
Кроме обмана в описании условий, существовала и другая проблема: колонисты оказывались в серьёзной зависимости от своих вербовщиков. Локаторы получали широкие полномочия и фактически становились руководителями новых поселений. Это означало, что переселенцы должны были отдавать часть урожая в виде десятины и были обязаны продавать свою продукцию прежде всего своему колониальному начальнику. Хотя цена должна была соответствовать рыночной, сама система ограничивала их свободу и делала экономическое положение зависимым.
Слухи, манящие за горизонт
Все это еще ждало переселенцев впереди, но они не знали об этом и верили вербовщикам. Тем удавалось успешно работать прежде всего в западных и юго-западных немецких землях, а также в Швейцарии, Эльзасе и частично в Нидерландах. Людей побуждали к переселению не только обещания лучшей жизни, но и, как уже писалось в моей предыдущей статье, последствия Семилетней войны, экономические трудности, религиозные причины и стремление начать жизнь заново. Рассказы о готовых домах и бескрайних плодородных угодьях становились спасительным маяком, заставлявшим их бросать обжитые места.
Слухи о выгодах новой жизни распространялись, в частности, в немецких княжествах так быстро, что некоторые правители даже пытались ограничить выезд, опасаясь потери населения и налогоплательщиков. Однако об этом я постараюсь рассказать вам в следующей статье, посвященной Манифесту 1763 года.
Загрузка ...